Размер шрифта: A AA Изображения Выключить Включить Цвет сайта Ц Ц Ц Х
МОУСОШ д.Большие Боры Суббота, 26.09.2020, 22:39
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
  • Новости
  • Законодательная карта сайта
  • Электронный дневник
  • Дневник.ру
  • Проект «Об образовании в Российской Федерации».
  • Информация о получении Госуслуг в электронном виде.
  • Контакты.
     
    Сведения об образовательной организации
  • Основные сведения
  • Структура и органы управления образовательной организации
  • Документы
  • Образование
  • Образовательные стандарты
  • Руководство Педагогический состав
  • Материально-техническое обеспечение и оснащенность образовательного процесса
  • Стипендии и иные виды материальной поддержки
  • Платные образовательные услуги
  • Финансово-хозяйственная деятельность
  • Вакантные места для приема(перевода)
  • Сведения об ЭОР
  • Трудоустройство выпускников.

    Информация о школе

  • Правила приёма
  • Административные регламенты
  • Доступность среды
  • Противодействие коррупции
  • Информационная безопасность
  • Дорожная безопасность
  • Работа с одаренными детьми
  • Персонифицированное финансирование дополнительного образования детей
  • Наш музей
  • Поисковый отряд "Рубин"
  • Школьный спортивный клуб "Феникс"
  • История школы
  • Экскурсия по школе

  • Для обучающихся
  • Государственная итоговая аттестация
  • Правила для обучающихся
  • О школьной форме
  • Профилактическая работа
  • Памятные даты
  • Наши достижения
  • Летний лагерь
  • Галактика

  • Отчеты
  • Все свои сообщения и пожелания можно написать здесь
  • Информация о рассмотрении жалоб и предлoжений

  • Главная » 2017 » Октябрь » 20 » 13 октября – посещение Царскосельского музея-лицея.
    13 октября – посещение Царскосельского музея-лицея.
    08:59

    В канун 19 октября обучающиеся МАОУ «СШ д. Большие Боры» посетилиЦарскосельский музей-лицей.

         «Учреждение лицея имеет целью образование юношества, особенно предназначенного к важным частям службы государственной», – гласил первый пункт лицейского устава. Автор проекта создания лицея М. М. Сперанский видел в новом учебном заведении не только школу для подготовки образованных чиновников. Он хотел, чтобы лицей воспитал людей, способных претворить в жизнь намеченные планы преобразования Российского государства. Широчайшие знания, умение мыслить и стремление трудиться для блага России – вот качества, которыми должны были отличаться выпускники нового учебного заведения. Не случайно в новой программной речи, обращенной к воспитанникам в день торжественного открытия, адъюнкт-профессор нравственных и политических наук Александр Петрович Куницын говорил об обязанностях гражданина, о любви к Отечеству и долге перед ним. На всю жизнь запомнились мальчикам слова: «Любовь к славе и Отечеству должны быть вашими руководителями».

                 По уставу в лицей принимались дети дворян в возрасте 10-12 лет. Одновременно в учебном заведении могли воспитываться не более 50 человек. На первый, пушкинский курс, было принято 30 учеников. Обучение длилось шесть лет и приравнивалось к университетскому. Первые три года – так называемый начальный курс – изучались предметы старших классов гимназии. Три последующие года – окончательный курс – содержал основные предметы трех факультетов университета: словесного, нравственно-политического и физико-математического. Обширная программа гармонично соединяла гуманитарные и точные науки, давала энциклопедические знания. Большое место отводилось наукам «нравственным», под которыми, как гласил лицейский устав, «...разумеются все те познания, которые относятся к нравственному положению человека в обществе, и, следовательно, понятия об устройстве гражданских обществ, и о правах и обязанностях, отсюда возникающих».

            Одна из главных задач лицейского образования – развить умственные способности, научить воспитанников самостоятельно мыслить. «Основное правило доброй методы или способа учения, – подчеркивалось в лицейском уставе, – состоит в том, чтобы не затемнять ума детей пространными изъяснениями, а возбуждать собственное его действие». Важнейшее место в программе обучения отводилось глубокому изучению российской истории. Развитие патриотических чувств тесно связывалось со знанием родной страны, ее прошлого, настоящего, будущего.

         Большое внимание уделялось изучению жизнеописаний великих людей – считалось, что исторические примеры помогут самовоспитанию личности, научат великому служению Отечеству. При составлении учебной программы были учтены возрастные особенности воспитанников. В первый год, когда мальчикам было 10-12 лет, много времени отводилось на изучение языков: российского, французского, латинского и немецкого. Бывали дни, когда учащиеся были обязаны между собой говорить на каком-либо иностранном языке.

           Лицей был закрытым воспитательным учебным заведением. Распорядок жизни здесь был строго регламентирован. Вставали воспитанники в шесть часов утра. В течение седьмого часа нужно было одеться, умыться, помолиться и повторить уроки. В семь часов начинались занятия, продолжавшиеся два часа.

             В десятом часу лицеисты завтракали и совершали небольшую прогулку, после чего возвращались в класс, где занимались еще два часа. В двенадцать отправлялись на прогулку, по окончании которой повторяли уроки. Во втором часу обедали. После обеда – три часа занятий. В шестом – прогулка и гимнастические упражнения.

           Занимались воспитанники в общей сложности семь часов в день. Часы занятий чередовались с отдыхом и прогулками. Прогулки совершались в любую погоду в Царскосельском саду. Отдых воспитанников – это занятия изящными искусствами и гимнастическими упражнениями. Среди физических упражнений в то время особенно популярны были плавание, верховая езда, фехтование, зимой – катание на коньках. Предметы, способствующие эстетическому развитию, – рисование, чистописание, музыка, пение – и сейчас есть в программе средней школы.

          В будущих государственных деятелях старались развить чувство собственного достоинства и уважения к личности другого человека. Им внушали, что «все воспитанники равны ... а потому никто не может презирать других или гордиться перед прочими чем бы то ни было»; что преподавателям и гувернерам нужно всегда говорить правду, «ибо лгать начальнику – значит не уважать его». Запрещалось кричать на дядек или бранить их. В лицее не было телесных наказаний и казенной муштры. У каждого воспитанника была отдельная комната. В первые годы обучения оценок в лицее не ставили. Вместо этого профессора регулярно составляли характеристики, в которых анализировали природные наклонности ученика, его поведение, прилежание, успехи. Считалось, что подробная характеристика помогала работе с учеником лучше, чем однозначная оценка.

         Воспитанники лицея никогда не были праздны. Здесь все было направленно на развитие умственных интересов, поощрялось всякое стремление к знаниям. Так, например, Алексей Илличевский собирал материалы к биографиям великих людей России, а Вильгельм Кюхельбекер составлял словарь, содержащий выписки из произведений близких ему по духу писателей-философов.

          Воспитанники много читали. «Мы мало учились в классах, но много в чтении и в беседе при беспрестанном трении умов», – вспоминал Модест Корф. Пополнение библиотеки было постоянной заботой совета лицейских профессоров. В письме к Павлу Фуссу, отвечая на вопрос, доходят ли до лицея новые книги, Алексей Илличевский размышляет о пользе чтения: «Достигают ли до нашего уединения вновь выходящие книги? – спрашиваешь ты меня. Можешь ли в этом сомневаться?.. Никогда! Чтение питает душу, образует разум, развивает способности...»

          Своих современников – русских писателей и поэтов – лицеисты знали не только по их сочинениям. Интересно свидетельство Илличевского из письма к тому же Фуссу: «...до самого вступления в лицей я не видел ни одного писателя, но в Лицее видел я Дмитриева, Державина, Жуковского, Батюшкова, Василия Пушкина и Хвостова; еще забыл: Нелединского, Кутузова, Дашкова». Профессор российской и латинской словесности Николай Федорович Кошанский считал основой литературного образования умение писать, сочинять и с одобрением относился к стихотворным опытам своих воспитанников. Нередко на уроках он предлагал писать стихи на заданую тему. «Как теперь вижу тот послеобеденный класс Кошанского, – вспоминал позднее Иван Пущин, – когда, окончив лекцию несколько раньше урочного часа, профессор сказал: «Теперь, господа, будем пробовать перья: опишите мне, пожалуйста, розу стихами».

    19 ОКТЯБРЯ 1825

    Роняет лес багряный свой убор,

    Сребрит мороз увянувшее поле,

    Проглянет день как будто поневоле

    И скроется за край окружных гор.

    Пылай, камин, в моей пустынной келье;

    А ты, вино, осенней стужи друг,

    Пролей мне в грудь отрадное похмелье,

    Минутное забвенье горьких мук.

     

    Печален я: со мною друга нет,

    С кем долгую запил бы я разлуку,

    Кому бы мог пожать от сердца руку

    И пожелать веселых много лет.

    Я пью один; вотще воображенье

    Вокруг меня товарищей зовет;

    Знакомое не слышно приближенье,

    И милого душа моя не ждет.

     

    Я пью один, и на брегах Невы

    Меня друзья сегодня именуют...

    Но многие ль и там из вас пируют?

    Еще кого не досчитались вы?

    Кто изменил пленительной привычке?

    Кого от вас увлек холодный свет?

    Чей глас умолк на братской перекличке?

    Кто не пришел? Кого меж вами нет?

     

    Он не пришел, кудрявый наш певец,

    С огнем в очах, с гитарой сладкогласной:

    Под миртами Италии прекрасной

    Он тихо спит, и дружеский резец

    Не начертал над русскою могилой

    Слов несколько на языке родном,

    Чтоб некогда нашел привет унылый

    Сын севера, бродя в краю чужом.

     

    Сидишь ли ты в кругу своих друзей,

    Чужих небес любовник беспокойный?

    Иль снова ты проходишь тропик знойный

    И вечный лед полунощных морей?

    Счастливый путь!.. С лицейского порога

    Ты на корабль перешагнул шутя,

    И с той поры в морях твоя дорога,

    Оволн и бурь любимое дитя!

     

    Ты сохранил в блуждающей судьбе

    Прекрасных лет первоначальны нравы:

    Лицейский шум, лицейские забавы

    Средь бурных волн мечталися тебе;

    Ты простирал из-за моря нам руку,

    Ты нас одних в младой душе носил

    И повторял: «На долгую разлуку

    Нас тайный рок, быть может, осудил!»

     

    Друзья мои, прекрасен наш союз!

    Он, как душа, неразделим и вечен —

    Неколебим, свободен и беспечен,

    Срастался он под сенью дружных муз.

    Куда бы нас ни бросила судьбина

    И счастие куда б ни повело,

    Всё те же мы: нам целый мир чужбина;

    Отечество нам Царское Село.

     

    Из края в край преследуем грозой,

    Запутанный в сетях судьбы суровой,

    Я с трепетом на лоно дружбы новой,

    Устав, приник ласкающей главой...

    С мольбой моей печальной и мятежной,

    С доверчивой надеждой первых лет,

    Друзьям иным душой предался нежной;

    Но горек был небратский их привет.

     

    И ныне здесь, в забытой сей глуши,

    В обители пустынных вьюг и хлада,

    Мне сладкая готовилась отрада:

    Троих из вас, друзей моей души,

    Здесь обнял я. Поэта дом опальный,

    О Пущин мой, ты первый посетил;

    Ты усладил изгнанья день печальный,

    Ты в день его Лицея превратил.

     

    Ты, Горчаков, счастливец с первых дней,

    Хвала тебе — фортуны блеск холодный

    Не изменил души твоей свободной:

    Всё тот же ты для чести и друзей.

    Нам разный путь судьбой назначен строгой;

    Ступая в жизнь, мы быстро разошлись:

    Но невзначай проселочной дорогой

    Мы встретились и братски обнялись.

     

    Когда постиг меня судьбины гнев,

    Для всех чужой, как сирота бездомный,

    Под бурею главой поник я томной

    И ждал тебя, вещун пермесских дев,

    И ты пришел, сын лени вдохновенный,

    О Дельвиг мой: твой голос пробудил

    Сердечный жар, так долго усыпленный,

    И бодро я судьбу благословил.

     

    С младенчества дух песен в нас горел,

    И дивное волненье мы познали;

    С младенчества две музы к нам летали,

    И сладок был их лаской наш удел:

    Но я любил уже рукоплесканья,

    Ты, гордый, пел для муз и для души;

    Свой дар, как жизнь, я тратил без вниманья,

    Ты гений свой воспитывал в тиши.

     

    Служенье муз не терпит суеты;

    Прекрасное должно быть величаво:

    Но юность нам советует лукаво,

    И шумные нас радуют мечты...

    Опомнимся — но поздно! и уныло

    Глядим назад, следов не видя там.

    Скажи, Вильгельм, не то ль и с нами было,

    Мой брат родной по музе, по судьбам?

     

    Пора, пора! душевных наших мук

    Не стоит мир; оставим заблужденья!

    Сокроем жизнь под сень уединенья!

    Я жду тебя, мой запоздалый друг —

    Приди; огнем волшебного рассказа

    Сердечные преданья оживи;

    Поговорим о бурных днях Кавказа,

    О Шиллере, о славе, о любви.

     

    Пора и мне... пируйте, о друзья!

    Предчувствую отрадное свиданье;

    Запомните ж поэта предсказанье:

    Промчится год, и с вами снова я,

    Исполнится завет моих мечтаний;

    Промчится год, и я явлюся к вам!

    О, сколько слез и сколько восклицаний,

    И сколько чаш, подъятых к небесам!

     

    И первую полней, друзья, полней!

    И всю до дна в честь нашего союза!

    Благослови, ликующая муза,

    Благослови: да здравствует Лицей!

    Наставникам, хранившим юность нашу,

    Всем честию, и мертвым и живым,

    К устам подъяв признательную чашу,

    Не помня зла, за благо воздадим.

     

    Полней, полней! и, сердцем возгоря,

    Опять до дна, до капли выпивайте!

    Но за кого? о други, угадайте...

    Ура, наш царь! так! выпьем за царя.

    Он человек! им властвует мгновенье.

    Он раб молвы, сомнений и страстей;

    Простим ему неправое гоненье:

    Он взял Париж, он основал Лицей.

     

    Пируйте же, пока еще мы тут!

    Увы, наш круг час от часу редеет;

    Кто в гробе спит, кто дальный сиротеет;

    Судьба глядит, мы вянем; дни бегут;

    Невидимо склоняясь и хладея,

    Мы близимся к началу своему...

    Кому ж из нас под старость день Лицея

    Торжествовать придется одному?

     

    Несчастный друг! средь новых поколений

    Докучный гость и лишний, и чужой,

    Он вспомнит нас и дни соединений,

    Закрыв глаза дрожащею рукой...

    Пускай же он с отрадой хоть печальной

    Тогда сей день за чашей проведет,

    Как ныне я, затворник ваш опальный,

    Его провел без горя и забот.

    1825

    Просмотров: 157 | Добавил: ylla
    Форма входа

    Календарь новостей
    «  Октябрь 2017  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
          1
    2345678
    9101112131415
    16171819202122
    23242526272829
    3031

    Поиск

    Друзья сайта

    Статистика

    МОУСОШ д.Большие Боры © 2020